Издательство
Библеист




Библиотека издательства Библеист

Не искажая Слова Божия (Принципы перевода и семантического анализа Библии)

Глава 4: Анализ компонентов значения слова

Слово — это определенный символ, представляющий некоторую сферу опыта или какую-то часть бытия. Внутреннее содержание слова — лексическое значение — можно разделить на семантические компоненты. В предыдущей главе мы вкратце упомянули об этом, говоря об имплицитной информации. Слово "сотник", например, было разложено на следующие составляющие `человек, под началом которого находятся 100 солдат'. В данной главе мы сосредоточим наше внимание на некоторых признаках слова, которые дают возможность обнаружить связанные с ним компоненты значения. Процедура определения семантических компонентов лексического значения поможет переводчику добиться более точного понимания или толкования слова, чем простое выявление различных значений слова. Далее, в главах 12 и 13, рассматривается тема лексической эквивалентности, которая во многом опирается на теорию и процедуры, рассматриваемые в этой главе.


НЕКОТОРЫЕ УНИВЕРСАЛЬНЫЕ ЛЕКСИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

Прежде чем приступить к описанию процедуры анализа семантических компонентов лексического значения, необходимо описать некоторые универсальные характеристики слова. Знание этих свойств важно для переводчика, поскольку он стремится точно выразить понятия оригинала, которые он переводит на ЦЯ.

Семантические компоненты лексического значения

Обозначаемые словом явления, независимо от того, какое количество информации о них сообщается, рассматриваются как единицы смысла. Внутри этих единиц можно выделить определенные части, именуемые семантическими компонентами. Семантические компоненты представляют собой как-бы строительные блоки, которые, соединяясь друг с другом, образуют значение слова; и они, так же как и сами слова, могут быть подразделены на четыре различных класса. Они условно обозначаются как ОБЪЕКТ (не путать с объектом в грамматическом смысле!), ДЕЙСТВИЕ, АБСТРАКЦИЯ и ОТНОШЕНИЕ.

Как представляется, впервые практически аналогичное подразделение на четыре класса было проведено в книге Джорджа Кэмпбелла (George Campbell) The Philosophy of Rhetoric ("Философия риторики"), опубликованной в 1776 г. Кэмпбелл обозначает эти четыре семантических класса как 1. вещи (things), 2. действия (operations), 3. атрибуты (attributes) и 4. связки (connectives).
Густаф Стерн (Gustaf Stern) в своей книге Meaning and Change of Meaning ("Значение и изменение значения") говорит: "Слова — это знаки, которые называют то, знаками чего они являются: стол — это имя объекта, красный — качества, бежать — действия, поверх — отношения" [Stern 1931, с. 19].
Уилбер Урбан [Urban 1939], Сюзанна К. Лангер [Langer 1942] и Эдвард Сэпир [Sapir 1944] также предлагали различные наборы обозначений для представления указанных основных классов семантических элементов.
Позднее Юджин Найда в книге Toward a Science of Translating ("Об искусстве перевода") [Nida 1964, с. 62] говорил о четырех основных функциональных классах лексических символов, которые он обозначает как слова-объекты, слова-действия, абстрактные и релятивные слова.
Классификация, представленная в этой книге, основана на терминологии, разработанной упомянутыми выше авторами. Термин "действие" заимствован у Найды. Для обозначения третьего класса используется термин "абстракция", а не "абстрактное слово", чтобы избежать смешения с "абстрактными существительными", рассматриваемыми в гл. 14. В соответствии с принятым здесь употреблением, термин "отношение" обозначает семантическое соотношение между двумя единицами, а термин "релятивный" — относится к слову, падежному окончанию или иному средству, обозначающему отношение.

ОБЪЕКТЫ представляют собой неодушевленные предметы и одушевленные существа (включая сверхъестественные существа), например: камень, дерево, собака, человек, призрак, дьявол. ДЕЙСТВИЯ представляют собой действия и процессы, например: бежать, думать, умереть, почернеть. АБСТРАКЦИИ включают качества и количества, например: мягкий, красный, круглый, много, быстро, неожиданно. ОТНОШЕНИЯ представляют определенные соотношения между любыми двумя ОБЪЕКТАМИ, ДЕЙСТВИЯМИ или AБСТРАКЦИЯМИ: координация, одновременность, атрибутивность, часть-целое, причина-результат.

Для иллюстрации того, как в пределах слова выделяются определенные семантические компоненты, рассмотрим слово остров, которое можно истолковать как "земля, окруженная водой". В этом толковании есть три смысловых компонента. Эти компоненты можно классифицировать следующим образом: "земля", ОБЪЕКТ; "вода", другой ОБЪЕКТ; и "окруженная", ОТНОШЕНИЕ. Отметим, однако, что два из этих трех компонентов не являются односложными. "Земля" и "вода" также состоят из компонентов. Определение слов "земля" и "вода" требует их перечисления. Например, землю от воды отличает форма: земля представляет собою плотное образование, в то время как вода — это жидкость. Можно было бы перечислить и другие семантические компоненты, но мы не станем подробно разбирать их, поскольку наша цель — показать, что даже такое простое слово как остров является семантически сложным, т. е. состоит из различных компонентов.

Несмотря на то, что лексические значения слов состоят из семантических компонентов, как слова, так и их компоненты могут быть отнесены к членам одного из четырех семантических классов. Если вновь обратиться к примеру со словом "остров", мы увидим, что оно относится к классу ОБЪЕКТОВ. Такая классификация основана на двух соображениях. Во-первых, даже если слова являются семантически сложными, один из их компонентов является центральным. Центральный компонент может быть выражен родовым понятием, в который включается значение слова. В таком случае компонент `земля' является центральным. "Земля" не значит в точности `остров', но представляет собой родовой понятие, в который включается значение `остров'. Земля — это земля независимо от того, принимает ли она форму острова, равнины или пустыни. Однако у этого родового понятия отсутствуют некоторые характеристики, которые различают остров, равнину и пустыню. Но именно этим родовым понятием определяется центральный семантический компонент в слове "остров" и именно центральный компонент является самым важным. В слове "остров" компонент `земля' является центральным и представляет собой ОБЪЕКТ.

Во-вторых, в определенном контексте слово "остров" используется для обозначения определенного ОБЪЕКТА, в данном случае, — неодушевленной реалии, материального объекта природы. Таким образом, путем определения центрального семантического компонента и его референциальной функции в контексте, мы можем включать слова в какой-либо из четырех вышеуказанных семантических классов.

В данной главе мы более подробно остановимся на анализе семантических компонентов слова. В принципе, о словах можно было бы говорить как о понятиях. Любое сочетание семантических компонентов, один из которых является центральным, составляет понятие. Понятие относится к тому же классу, что и его центральный компонент. Дополнительные компоненты также могут быть отнесены к различным семантическим классам. Таким образом, семантические компоненты относятся к четырем вышеуказанным семантическим классам; понятия также относятся к этим классам. Понятие обычно бывает представлено в грамматике одним словом, но также может быть представлено и словосочетанием.

Резюмируя все вышесказанное, повторим, что слова, как правило, представляют собой определенные семантические комплексы, обладая сложной семантической структурой. Каждое лексическое значение слова состоит, в свою очередь, из различных семантических компонентов. Эти компоненты относятся к различным семантическим классам. Объединения данных компонентов в комплексы приводят к образованию конкретного значения слова. Центральный семантический компонент, то есть родовой компонент, определяет семантический класс, к которому принадлежит данное слово.

Родо-видовые отношения между словами

Когда конкретное слово сравнивается с другими словами того же языка, оно может быть описано как родовое или видовое. Например, слово "стул" может быть отнесено к классу видовых понятий, наряду с такими словами, как "стол", "гардероб", "шкаф" и "буфет". Все эти слова представляют собою видовые наименования, принадлежащие к родовому классу "мебель". Но когда слово "стул" сравнивается с такими наименованиями, как "кресло", "кресло-качалка", "шезлонг" и "детский стульчик", оно может быть отнесено к классу родовых, поскольку все указанные наименования являются видовыми и принадлежат к родовому классу стульев. Таким образом, "стул" является родовым по отношению к различным видам стульев и видовым по отношению к различным предметам мебели. Эти два соотношения можно изобразить при помощи схемы, на которой родо-видовые отношения рассматриваются как "вертикальные", при чем видовые наименования расположены на схеме ниже, а родовые — выше.

Схема 1

Другой пример показывает положение глагола "просить" в родо-видовом ряду. Когда "просить" объединяется с такими ДЕЙСТВИЯМИ как "приказывать", "отвечать", "упрекать" и "объявлять", оно относится к классу видовых. Каждое из этих действий включается в родовое понятие "говорить". Но когда глагол "просить" сравнивается с такими действиями как "упрашивать", "молить", "умолять" и "молиться", оно занимает по отношению к ним позицию родового обозначения, так как каждое из этих действий представляет собой особый вид просьбы. На схеме вновь показаны "вертикальные", иерархические отношения данных понятий:

Схема 2

Следующий пример, демонстрирующий более протяженную родо-видовую иерархию, начинается с самого общего слова для одного из семантических классов и затем через ряд более конкретных видовых понятий заканчивается словом "пудель". Отметим, что по мере продвижения снизу вверх каждое следующее понятие является все более и более родовым, включая значение понятия.

Схема 3

Отметим также, что в этих примерах все слова и словосочетания из родо-видового списка относятся к одному и тому же семантическому классу. Иными словами, если центральный компонент относится к классу ДЕЙСТВИЙ, само слово также будет относиться к классу ДЕЙСТВИЙ. Если он относится к классу АБСТРАКЦИЙ, слово будет всегда относиться к классу АБСТРАКЦИЙ; если он относится к классу ОБЪЕКТОВ, слово будет относиться к классу ОБЪЕКТОВ. Хотя значение слова может состоять из различных комбинаций семантических компонентов, относящихся к разным классам, охватывающее это слово родовое понятие не будет иметь центрального компонента, принадлежащего к другому классу.

Родовые понятия и выражения

Итак, мы проиллюстрировали хорошо известное отношение между словами, существующее в лексических системах всех языков мира. Слова могут быть видовыми или родовыми по отношению к другим словам. Когда определенное слово по отношению к другому слову является родовым, то оно не является синонимом, имеющим то же значение; однако поскольку оно выступает в качестве родового, оно представляет часть значения более специального слова. Так как значения данных слов пересекаются, родовое включает в себя значение видового.

Чтобы найти родовое понятие, включающее значение отдельного слова, необходимо отыскать в том же семантическом классе слово или словосочетание с более общим значением. Так, родовое понятие для слова "стул" — "предмет мебели"; для слова "качалка" — "стул". Аналогичным образом, для класса ДЕЙСТВИЙ родовое понятие, включающее слово "просить", — это "говорить". Родовое понятие для слова "молить" — это "просить". В родовом понятии отсутствует, по крайней мере, один видовой компонент более специального понятия. В указанных примерах число компонентов значения, отличающих по значению видовое понятие от родового, невелико. Здесь имеет место хотя и не точная, но все же достаточно близкая смысловая эквивалентность.

Однако в некоторых случаях различие не сводится к одному или двум компонентам значения. Это происходит потому, что не всегда в языках имеются однословные родовые понятия, которые всякий раз обобщали бы небольшие группы семантически родственных слов. Это справедливо не только в отношении младописьменных языков, но и в отношении языков с давней письменной традицией. Например, "бежать", "прыгать", "ходить", "плавать" являются семантически связанными. Однако ближайшее родовое понятие, покрывающее глагол "бежать", — это "двигаться". Но глагол "двигаться" является столь общим, что различие между "бежать" и "двигаться" едва ли позволяет считать один из этих глаголов близким родовым понятием, охватывающим другой. Можно несколько видоизменить родовое понятие, чтобы приблизить его значение к значению рассматриваемого видового понятия. Так, глагол "двигаться" можно видоизменить в отношении источника энергии, а именно, самостоятельного движения; затем еще в отношении природы движения, то есть не вращения на оси и не движения взад и вперед, а передвижения из одного места в другое. Тогда родовое понятие для глагола "бежать" предстанет в виде выражения `передвигаться из одного места в другое'.

Далее заметим, что глагол "бросать", на первый взгляд, как будто не имеет более общего родового понятия. Однако можно учесть родовое понятие "толкать" и, видоизменив его до `сильно толкать предмет с отрывом', получить близкое родовое выражение.

Наименования класса и семантические ряды

До сих пор мы не использовали выражение "семантические ряды". Тем не менее, мы уже имеем определенное представление об этом понятии. Стол, стул, гардероб, шкаф и буфет представляют собой пример семантического множества. Родовое понятие "мебель" можно превратить в наименование класса, добавив словосочетание "различные виды", получая в результате "различные виды мебели". Если начать с видового слова, такого как "стул", а затем перейти к наименованию класса, можно получить семантический ряд, содержащий слово "стул".

Функцию наименований класса можно также проиллюстрировать примером, в котором рассматриваются слова-ДЕЙСТВИЯ

: "говорить" представляет собой родовое понятие, более общее, чем действие "просить". Наименованием класса, образованным от "говорить" будет "различные виды говорения (с акцентом на цели)".

Название этого родового класса отличает его от другого класса, который можно назвать "различные виды говорения (с акцентом на способе)", в котором были бы такие члены, как "шептать", "кричать", "заикаться" и т. д.

Однако когда глагол "просить" рассматривается как родовое понятие, то можно образовать соответствующее наименование класса "различные виды просьбы". Каждое наименование класса может быть использовано для получения семантического ряда (как на приведенных выше схемах). Таким образом, выражение "семантический ряд" используется для описания группы слов, которые являются видовыми относительно друга друга и к которым можно присоединить "наименование класса", чтобы идентифицировать их в качестве группы. Родовое понятие используется для образования наименования класса, которое выглядит следующим образом: "различные типы (родовое понятие)". Такое наименование облегчает исчисление членов семантического ряда. Так, если анализируется слово "упрашивать", можно использовать родовое наименование класса "различные виды просьбы", чтобы получить семантический ряд, состоящий, по крайней мере, из глаголов "молить", "умолять" и "молиться".

Поскольку словарный состав всех языков структурируется на родовые и видовые понятия, можно ожидать, что для всех видовых понятий какого-либо конкретного языка будут обнаружены родовые понятия или выражения. Несмотря на тот очевидный факт, что все языки различаются по числу используемых однословных родовых понятий, а также по числу видовых понятий, включаемых в данное родовое понятие, можно предположить, что, определенным образом видоизменяя имеющиеся в данном языке родовые понятия (как мы это сделали с глаголом "бросать"), мы сможем сформулировать родовые дефиниции, которые будут включать более специальные понятия.

Эта особенность словарного состава всех языков (структурирование лексикона по родо-видовому принципу) делает возможным установление таких наименований класса, которые можно использовать для выявления семантически связанных слов. Это, в свою очередь, делает возможным определение семантических компонентов значения конкретного слова. Например, один переводчик, работавший с языком манобо на Филиппинах, искал понятие для перевода библейского "богохульствовать". Он начал с родового понятия "осуждать", видоизменил его посредством компонента образа действия и пришел к родовому выражению "осуждать словами". Имея это родовое выражение, он спрашивал своих помощников, носителей языка о различных видах речевой деятельности, посредством которых можно выражать осуждение в их языке. Это дало ему семантический ряд из восьми слов, некоторые из которых он никогда ранее не встречал. Сравнение и сопоставление значений всех этих восьми слов помогло выявить семантические компоненты, необходимые для того, чтобы подобрать точный эквивалент библейскому понятию "богохульствовать".

См. более полное изложение данной процедуры и ее результатов в статье Элкинза [Elkins 1971b, с. 10—15].

Родо-видовой характер словарного состава всякого языка может быть с выгодой использован переводчиком, чтобы достичь в своем переводе более эксплицитного и, тем самым, более точного отражения важных понятий и терминов.

Нам могут возразить, что построение родовых выражений представляет собой совершенно произвольное упражнение, осуществляемое лингвистом. Например, можно было бы указать, что в некотором языке может иметь место родовое понятие, охватывающее рыб, черепах и крокодилов, в то время как другое родовое понятие может охватывать птиц, насекомых, ящериц и скот. Исходя из этого, можно было бы доказывать, что если установить родовое понятие, соответствующее характерному для культуры переводчика понятию `различные виды насекомых', оно будет произвольным и противоречащим тому, как носители данного конкретного языка уже классифицируют окружающую среду.

В ответ на это возражение необходимо указать, что, анализируя язык, переводчик работает с носителями этого языка. Он останавливается на родовых дефинициях только при корректирующей помощи зрелого носителя языка. Однако предположим, что в рассмотренном выше языке родовое понятие для птиц, насекомых, ящериц или скота было видоизменено и в результате получилось выражение, задающее такой семантический ряд, который состоит только из различных насекомых. Такой шаг был бы предпринят с целью больше узнать о насекомых или о конкретном насекомом (например, о саранче). Сопоставление названий из данного ряда продемонстрирует сходства и различия, в результате чего будет выполнена цель, для которой и предназначалось наименование класса и получаемый с его помощью семантический ряд. Нужные сведения о конкретном насекомом и о других похожих насекомых будут получены.

Нет ничего удивительного в том, что указанные результаты действительно можно получить. Наименование класса "насекомые", хотя и не представляло бы собой отдельного родового понятия, не являлось бы абсолютно произвольным. Даже если все живущие на суше живые существа (за исключением человека) можно объединить в одну группу под одним родовым наименованием, это не отменяет различия между разными видами живых существ. Носители такого языка, конечно же, делают различие между птицами, насекомыми, ящерицами и скотами. У них может не быть отдельных понятий для различения этих групп, но их язык таков, что они могут найти более конкретное, классифицирующее выражение для любого различия реального мира, которое они замечают и хотят выразить в языке. Поэтому для носителя языка не является столь невозможным принятие иной классификации для некоторого сегмента его жизненного опыта или окружающего мира. Подобная новая классификация лишь дополнила бы существующие классификации, не создавая при этом противоречия. Когда классификации, имплицитно содержащиеся в структуре языка, выводятся на поверхность, т. е. эксплицируются, носители языка принимают их с интересом и даже восторгом.

Таким образом, можно видеть, что слово, являющееся видовым в своих "верхних" связях, может одновременно быть родовым в своих "нижних" связях. Исходя из указанных структурных свойств словаря, можно анализировать слово,

Или выражение, поскольку семантически оно функционирует как отдельная единица. Например, в предложении Это вопрос жизни и смерти слова "жизни и смерти" функционируют как абстракция, определяющая слово "вопрос" и практически эквивалентная слову "важный".

постулируя наименование класса для семантического ряда, к которому принадлежит слово, обнаруживая другие члены того же класса, а затем сопоставляя и сравнивая данные члены, чтобы получить компоненты значения исследуемого слова.

Значение, смысл и сочетаемость

Во введении к этой главе мы упомянули, что сферу опыта или сегменты окружающего мира, символизируемые словом, можно разделить на определенные семантические компоненты. Это утверждение нуждается в некоторой модификации ввиду того, что отдельное слово может одновременно обозначать несколько сфер опыта или различные сегменты окружающего мира вне зависимости от того, являются ли они большими или малыми. Каждая такая отдельная область референции, символизируемая словом, называется значением данного слова. Например, глагол "нести" в предложении Мальчик несет сумку означает `взяв в руки, перемещать вместе с собой', а в предложении Преступник несет справедливое наказание он означает `претерпевать'. Эти две различные сферы опыта обозначаются одним и тем же словом, и поэтому, судя по двум вышеназванным контекстам, можно сказать, что слово "нести" имеет по крайней мере два значения.

Различные значения, как этот термин используется здесь, ограничиваются употреблениями слова в пределах того же самого семантического класса. Например, в приведенных примерах оба значения глагола "нести" представляют собой ДЕЙСТВИЯ. Различные употребления, попадающие в различные семантические классы, рассматриваются в следующей главе.

Этот пример иллюстрирует тот факт, что нельзя говорить об анализе семантических компонентов слова "нести" как такового, поскольку в нем отражены различные области жизненнного опыта человека. Необходимо выбрать какую-то одну из этих областей, обозначаемых словом "нести", прежде чем можно будет анализировать семантические компоненты, сочетание которых образует данное значение. Следовательно, прежде чем изучать компоненты значения некоторого слова, необходимо определить, имеет ли это слово только одно значение или несколько.

Любое слово может употребляться в ряде языковых контекстов. В этих контекстах оно может иметь одно и то же значение или ряд различных значений. Так, "изба" представляет собой пример слова, имеющего только одно значение. Даже если оно используется в разнообразных контекстах (например: Он как раз построил новую избу. Да, я прохожу мимо его избы каждый день. Бабушка обшарила всю избу в поисках пропажи.), никаких новых значений не выявляется — во всех контекстах у этого слова одно и то же значение.

К уже показанным значениям слова "нести" добавим еще несколько, рассмотрев некоторые дополнительные контексты, в которых может употребляться данный глагол:

нести ответственность

= `отвечать за что-л.'

нести яйца (о птице)

= `откладывать яйца'

нести потери

= `терять'

нести чушь

= `говорить нелепости'

Обратим внимание на то, что во всех вышеприведенных контекстах глагол "нести" выступает в различных лексических сочетаниях и значениях. Для проявления различных значений этого глагола оказывается значимым лексический компонент прямого дополнения. Если в качестве прямого дополнения выступает слово "ответственность", то общее значение словосочетания будет следующим: `отвечать за что-л.'; если прямым дополнением является слово "яйца", то общее значение — `откладывать яйца' и т. д. Полнозначные существительные, выступающие в качестве прямого дополнения при этом глаголе, называются компонентами словосочетания, так что мы можем сказать, что каждое значение данного слова связывается с конкретным компонентом словосочетания.

Вся лексическая структура глагола "нести" состоит из множества его различных значений. Каждое конкретное значение представляет собой ту сферу опыта, к которой производится отсылка, когда слово сочетается с определенной группой семантически родственных слов (группа может состоять и из одного члена).

Становится очевидным, что именно контекст — точнее, сочетаемость анализируемого слова — является определяющим при анализе семантической структуры слова, которая может состоять из нескольких значений или только из одного. После выявления всех значений данного слова, можно определить родовое понятие или дефиницию, обобщающую каждое конкретное значение.

Необходимо отметить, что в вышеприведенном примере, демонстрирующем превостепенную важность показаний контекста при выделении отдельных значений, все компоненты словосочетания — прямые дополнения — принадлежат к различным семантическим разрядам. А когда компоненты словосочетания принадлежат к одному и тому же семантическому ряду, они указывают лишь на одно лексическое значение. Так, далее мы покажем, что глагол "скакать" сочетается с такими словами как "напряжение", "давление", "температура" и т. п. Поскольку все они в сочетании с глаголом "скакать" объединяются по признаку определенных параметров, для этих различных компонентов сочетания постулируется лишь одно значение.


ТРИ ТИПА СЕМАНТИЧЕСКИХ КОМПОНЕНТОВ

Эти три типа смысловых компонентов, которые будут рассмотрены в следующих абзацах, относятся к референтному значению слов. Коннотативное значение в данной главе не рассматривается, но оно, хотя и не является частью референтного значения, составляет существенную сторону коммуникации.

Значение слова состоит из ряда семантических компонентов, и удобным способом выявления этих компонентов является анализ членов семантического ряда. Семантические компоненты распадаются на три основных типа. Это родовой компонент, дифференциальные компоненты и сопутствующие компоненты.

Ср. определение "толкования" в работе Rubinstein, Weaver 1966, с. 6: "Толкование есть процесс помещения слова (или понятия) в семейство (или род) и последующего отграничивания слова от других членов семейства путем выявления видового отличия (differentia). Пример: катализатор (понятие) есть химическое вещество (род), ускоряющее реакцию других химических веществ, но само остающееся неизменным (differentia)".

Родовой компонент

Родовой компонент — это компонент значения, общий для всех членов семантического ряда.

Ср. Rubinstein, Weaver 1966, с. 24: "Классификация последовательно прилагает один и тот же определенный признак ко всем членам группы, чтобы распределить эти члены по меньшим группам. Этот признак называется основанием классификации".

Так, каждый член семантического ряда, состоящего из стула, стола, буфета и т. д., имеет в качестве одного из семантических компонентов "предмет мебели". Естественно, поскольку этот компонент является общим для всех членов ряда, он отличает не один член от другого, а лишь их всех от членов других рядов, например, таких как "типы построек, где живут люди" со следующими членами: дом, изба, коттедж, хижина, особняк и т. д. Аналогичным образом, все члены семантического ряда, именуемого "различные виды просьбы", имеют общий родовой компонент "просить". Например, "молиться" — это "просить Бога".

Рассматривая родо-видовые отношения, существующие во всех языках, мы обсудили родовые понятия или выражения. Поскольку родовое понятие или выражение совпадает с родовым компонентом, можно привести аналогичные примеры.

Предположим, исследователь встретил слово-ДЕЙСТВИЕ "лгать" и хочет проанализировать его семантические компоненты. Он представляет себе более общий способ формулировки этого значения, которая включала бы в себя лексическую единицу "лгать", но могла бы также охватывать и другие подобные слова. В таком случае родовым понятием могло бы выступить слово "обманывать". Это родовое понятие становится родовым компонентом для действия "лгать" так же, как и для других способов обмана.

Некоторые слова могут одновременно входить в несколько иерархических структур. Так, лгать, например, может быть отнесено к классу, носящему родовое наименование "способы обмана", а также наименование "виды говорения".

Аналогичным образом, для анализа глагола "украсть" родовым выражением могло бы быть "завладеть чем-либо". Отметим, что, даже если известно, что красть социально неприемлемо и дурно с моральной точки зрения, этот признак не будет включаться в родовое понятие. Дело в том, что при формулировке родового выражения делается попытка найти такое словосочетание, которое было бы справедливо также и в отношении ряда других слов. Если оно окажется слишком узким, оно не создаст необходимого перечня лексических единиц; если же, напротив, оно будет слишком общим, оно породит слишком большую группу слов, которую будет очень трудно анализировать. Формулируя родовое понятие или дефиницию, мы пытаемся найти ближайшее из родовых выражений более высоких разрядов. Если единственное из имеющихся в нашем распоряжении родовых понятий отдалено от видового (как, например, "предмет" от "скалка"), то понятие можно видоизменить в сторону большей специализации. Цель таких видоизменений состоит в том, чтобы сузить сферу, охватываемую родовым понятием, чтобы она была сосредоточена только на других подобных скалке предметах. "Предмет" можно видоизменить следующим образом: "кухонное приспособление" или "средней длины закругленная палка". Такие видоизменения приведут к семантическому ряду, члены которого могут пригодиться для более точного описания того, что из себя представляет скалка.

У слова есть только один родовой компонент, но кроме него, как правило, имеется также несколько дифференциальных и сопутствующих компонентов. Родовой компонент составляет основу для формулировки любого родового наименования класса.

Дифференциальные компоненты

С каждым членом семантического ряда связаны дифференциальные (или "контрастивные", "различительные") компоненты. Однако, прежде чем четко определить эти дифференциальные компоненты, необходимо использовать родовое наименование класса, чтобы получить группу семантически родственных слов — родовой класс или семантический ряд. Например, родовое наименование класса "различные способы завладеть чем-либо" приведет к образованию класса с такими членами как "заработать", "унаследовать", "найти", "получить в подарок", "украсть" и т. д.

Дифференциальные компоненты — это компоненты, дающие каждому члену семантического ряда его особое место сравнительно с прочими членами данного ряда. Например, в родовом классе, именуемом "различные виды мебели", "стул" отличается от "стола" или "буфета" своей функцией — стул существует для того, чтобы на нем сидеть, а столы и буфеты — нет. В лексико-семантическом классе "различные виды водоемов" существительное "озеро" отличается от "моря" тем, что в озере вода пресная, а в море — соленая. А от "гавани" оно отличается функцией: гавань — это место, где могут загружаться и разгружаться корабли, а озеро — нет. Дифференциальные компоненты слов как оригинала, так и ЦЯ очень важны для переводчика, поскольку предполагается, что именно эти компоненты он будет учитывать в тексте своего перевода.

Подробное рассмотрение этого вопроса см. в гл. 12 и 13, посвященных лексической эквивалентности.

Сопутствующие компоненты

Сопутствующие (или дополнительные) компоненты — это компоненты, присутствующие в некоторых контекстах употребления данного слова, но не во всех. Эти компоненты не являются сколь-либо важными для определения члена семантического ряда, поскольку они не входят ни в родовой, ни в дифференциальные компоненты. Так, если снова использовать пример со словом "стул" (член класса "мебели"), то материал, из которого он сделан так же, как и его цвет, являются сопутствующим. Ни один из этих признаков не является необходимым для отграничения "стула" от других членов класса "мебели" (таких как "стол" и т. д.).

Относительность классификационных компонентов

Какие семы попадут в родовой, дифференциальный или сопутствующий компонент, будет зависеть от уровня родо-видовой иерархии, на котором в данный момент фиксируется семантический анализ. По мере продвижения вниз по иерархии сопутствующие компоненты становятся дифференциальными. Например, такие компоненты как наличие или отсутствие подлокотников, являются сопутствующими компонентами, когда "стул" рассматривается как видовое наименование при родовом понятии "мебель"; но эти же самые компоненты становятся дифференциальными, когда "стул" берется в качестве родового понятия и классификации подвергаются различные виды стульев. И наоборот, при продвижении вверх по родо-видовой иерархии дифференциальные компоненты становятся сопутствующими. Так, когда мы классифицируем "стул" при родовом понятии "мебель", компонент "сидения" является дифференциальным; но если взять "мебель" в качестве видового термина и классифицировать ее при родовом термине "изделия человека", то компонент "сидения" становится сопутствующим.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Предложенная в этой главе процедура основана на некоторых универсальных лексических характеристиках языка. Во всех языках есть родовые и видовые слова. Во всех языках слова, имеющие общий родовой семантический компонент, являются семантически родственными. Поэтому переводчик, работающий с носителями языка, может начать с конкретного видового слова, затем найти родовое слово или выражение, с помощью которых можно выявить ряд других видовых слов, и, наконец, сравнивая и сопоставляя слова в этом ряду, определить семантические различия между всеми этими словами. Для выполнения той же задачи можно начать с родового понятия известного семантического ряда. Надеемся, что переводчики хорошо усвоят то, что анализ соотношения между родовым и видовыми понятиями — как средство более детального анализа семантической структуры отдельных слов — можно начинать и с видового понятия, и с родового, и с ряда семантически родственных понятий.

Как подчеркивалось в предыдущих главах и предполагалось в данной главе, переводчик постоянно анализирует семантический аспект языка — смысл оригинала и круг значений языковых единиц ЦЯ. В идеале, чтобы разговаривать на целевом языке, он должен уметь использовать каждую языковую единицу во всем диапазоне контекстов, в котором ее используют носители языка. Если переводчик составляет словарь ЦЯ, он опять-таки, в идеале, должен знать семантические компоненты каждого значения данного слова. Однако его основная задача — перевод, и здесь также необходимо, чтобы он располагал детальным и основательным знанием словарного состава ЦЯ.

Таков идеал, но его требования смягчаются тем обстоятельством, что перевод следует выполнить в обозримое время, что делает трудным достижение идеала. Кроме того, в переводе Нового Завета будет использоваться лишь какая-то часть словаря ЦЯ, поэтому то, с чем переводчик имеет дело в первую очередь, — это еще не весь словарный запас.

В процессе перевода переводчика часто интересуют смысловые противопоставления. Он постоянно осуществляет выбор между лексическими альтернативами, чтобы находить соответствие смысловой структуре оригинала, что указывает на его интерес к семантическим компонентам этих альтернативных лексем, сближающим и различающим данные слова.

Это утверждение предполагает, что переводчик знает семантические компоненты значения слова, используемого в оригинале. Если говорить о переводе НЗ, это означает, что он знает смысловые компоненты используемых в нем греческих слов. Ему особенно необходимо знать, как противопоставлены семантически родственные слова и являются ли эти противопоставления значимыми в конкретном контексте. Отличаются ли ginosko и oidamai и если да, то чем? Имеется ли противопоставление между agapao и phileo? Различаются ли allos и heteros? Словарь к греческому Новому Завету Бауэра/Аланда [Bauer/Aland 1988] может оказать переводчикам весьма существенную помощь при переводе, но даже в нем не ставится вопрос о различиях и противопоставлениях между лексическими единицами. Фундаментальный подход, представленный в данной книге, может быть также применен к изучению слов греческого НЗ. Число контекстов, демонстрирующих различные значения, возможно, не столь велико, как этого бы хотелось, а невозможность получить реакции и информацию от живого носителя языка приведет к менее достоверным выводам. Тем не менее такое изучение представляло бы собой ценную область исследований и публикаций, которые весьма помогли бы переводчику.

Именно здесь рассмотренный в настоящей главе метод использования родовых классов дает наилучшие результаты. Это, по существу, метод противопоставления. Следовательно, он неоценим для переводчика, осуществляющего лексический выбор.

Когда носители языка предлагают различные альтернативы слову или выражению, использованному в предварительном наброске перевода, это часто побуждает переводчика исследовать семантические ряды. Ясно, что в этом случае имеет смысл исследовать указанные семантически родственные понятия, чтобы выбор не основывался на несовершенном знании семантических компонентов.

И помимо всех лексических альтернатив, появляющихся в ходе проверки или самого перевода, переводчик знает, что ему придется осуществлять выбор между понятиями в таких важных семантических классах как "различные виды эмоций", "различные грехи", "различные добродетели", "различные способы мышления" и т. д. Разумеется, было бы нереально провести тщательное исследование такого рода применительно ко всему словарному составу ЦЯ, однако переводчику вполне по силам проанализировать все наиболее существенные классы понятий. Проведя такой анализ, он с большей долей вероятности избежит распространенной ошибки на сочетаемость (см. гл. 11), а также будет иметь превосходную возможность правильно представить ключевые понятия и выражения Св. Писания при помощи адекватных лексических эквивалентов (см. гл. 12 и 13).