Издательство
Библеист




Библиотека издательства Библеист

Не искажая Слова Божия (Принципы перевода и семантического анализа Библии)

Глава 8: Природа метафоры и сравнения

В предыдущих главах было показано, что многозначность, основанная на ассоциативной связи, приводит к образованию различных фигур речи, в частности, --- метафоры и сравнения. В этих двух фигурах речи определенное слово или выражение используется в переносном смысле, и этот смысл обеспечивает некую точку сопоставления с темой, рассматриваемой автором. Следовательно, в этих фигурах речи имеет место не только употребление слова в переносном смысле, но и сопоставление этого смысла с каким-то другим выражением.


 

СОПОСТАВЛЕНИЯ, ПОЛНЫЕ И СОКРАЩЕННЫЕ

Сопоставления широко используются в качестве эффективного способа сделать информацию более живой и осмысленной, и такие сопоставления лежат в основе не только метафоры и сравнения, но также притч, аллегорий и некоторых пословиц и символов. Иисус широко использовал различные формы этого в Своей проповеди; апостол Павел и другие новозаветные авторы также часто использовали их в своих посланиях.

 

Полные сопоставления

Сопоставления могут быть полными или несколько сокращенными. Полное сопоставление устанавливает оба элемента сопоставления вместе с указанием на сходство между этими элементами. Полное сопоставление может быть противопоставлением или уподоблением. Бывают два типа противопоставления: по контрасту и по степени.

По контрасту: Я высокий, (а) он нет.
Относительное: Я высокий, он низкий.
По степени: Я выше, чем он.
Я выше всех.
Я не такой высокий, как он.

Бывают также два типа уподоблений: относительное и абсолютное.

Относительное: Я высокий, (и) он высокий.
Абсолютное: Я такой же высокий, как и он.

Уподобления, сопоставляющие два элемента при помощи такого слова, как "подобно" или "как", известны как сравнения. Когда сравнения представляют собой полные сопоставления, в них эксплицитно сопоставляются два элемента, а также приводится точка подобия. Например:

"небеса исчезнут, как дым, и земля обветшает, как одежда" (Ис 51:6)

"Все мы блуждали как овцы" (Ис 53:6) В первом примере небеса сопоставляются с дымом, а земля с одеждой. Небеса подобны дыму тем, что дым довольно быстро исчезает, земля подобна одежде тем, что одежда становится старой. Таким образом, точками подобия здесь выступают, соответственно, относительно быстрое исчезновение и старение. Во втором примере "мы", то есть израильтяне эпохи Исайи и сам Исайя, подобны овцам в том, что те склонны блуждать, отбиваясь от стада, и таким образом теряться. Тогда точкой подобия является эта способность потеряться.

В метафоре, представленной в виде полного сопоставления, сопоставляются два элемента и приводится точка подобия. Однако такая метафора отличается от сравнения тем, что в ней не используются слова типа "подобно" или "как". Напротив, сравнение в таком случае остается имплицитным. Два сопоставляемых элемента уравниваются. Например:

"Стражи их...все немые псы, не могущие лаять" (Ис 56:10)

"Народ мой был заблудшие овцы" (Иер 50:6)

"Идите наипаче к заблудшим овцам дома Израилева" (Мф 10:6) Такие полные сопоставления обычно не являются источником серьезных трудностей для читателей, поскольку в них эксплицитно указываются все существенные части сопоставления. Однако в некоторых случаях, как в трех приведенных выше примерах, точки подобия ("немые...не могущие лаять", "потерянные", "потерянным") сами по себе представлены образно, и это может послужить причиной неправильного понимания смысла, которое нельзя допустить.

 

Сокращенные сопоставления

Многие из библейских сопоставлений не формулируются в полном виде; как правило, они несколько сокращаются. В самых сокращенных сопоставлениях точка подобия оставляется имплицитной, в результате чего читателю приходится самому дополнять их. Ниже следует ряд примеров сравнений и метафор без указания точки подобия:

Сравнение "очи Его --- как пламень огненный...и голос Его --- как шум вод многих" (Откр 1:14--15)
"и оно (море) сделалось как бы кровь мертвеца" (Откр 16:3)
"И видел я трех духов нечистых, подобных жабам" (Откр 16:13)
Метафора "Вы --- соль земли" (Мф 5:13)
"он есть избранный сосуд" (Деян 9:15)
"язык --- огонь" (Иак 3:6)

В этих двух фигурах речи слово, используемое для иллюстрации рассматриваемой темы, мы назовем образом. Так, в вышеприведенных примерах метафоры используются три образа: "соль земли", "избранный сосуд" и "огонь". Они использованы разными авторами для иллюстрации темы "вы", то есть христиане; "он" --- Павел; и "язык". Однако в некоторых случаях в библейском тексте опускается не только точка подобия, но и иллюстрируемая тема, и эксплицитно формулируется только сам образ. Покажем это на некоторых примерах из Библии (образы выделены курсивом).

"Огонь пришел Я низвести на землю" (Лк 12:49)

"Паси овец Моих" (Ин 21:17)

"он получит венец жизни" (Иак 1:12)

В отдельных случаях точка подобия формулируется эксплицитно, а иллюстрируемая тема остается имплицитной. В качестве примера можно указать на выражение "рассеются овцы" в Мк 14:27. В этом примере "овцы" --- образ, а "рассеются" --- точка подобия; однако невысказанным еще остается то, кто именно рассеется, как овцы.

Прежде чем закончить этот общий обзор сравнений, необходимо отметить, что метафора почти всегда предстает в форме неправильного, с точки зрения языковой нормативности, словосочетания.
Нарушение правил лексической сочетаемости представляет собой объединение в одно словосочетание двух или более семантически несовместимых слов. См. подробнее рассмотрение вопроса о лексической сочетаемости в гл. 11.
При сравнении имеет место иная ситуация, поскольку любое сравнение открыто, в явном виде сопоставляет два предмета и таким образом обращает внимание читателя на то, что перед ним фигура речи. В метафоре же сравнение делается имплицитно, а на поверхности два предмета уравниваются. Так, в вышеприведенных примерах метафоры говорится, что язык --- это огонь; а о Павле говорится, что это домашняя утварь.

Можно провести определенное различие между сочетаемости. Все только что приведенные примеры являются "открытыми": люди --- это не утварь, а человеческий орган --- это не огонь. Вот еще несколько примеров: "будучи помрачены в разуме" (Еф 4:18), где для описания состояния ума используется термин, применимый к чувству зрения; "пригвоздил его [закон] к кресту" (Кол 2:14), где действие, совершаемое по отношению к людям, прилагается к абстракциям; "сеет слово" (Мк 4:14), где действие, совершаемое рукой, объединяется с деятельностью органов речи.

Наличие "скрытого" сочетаемостного конфликта осознается только тогда, когда предложение, содержащее метафору, сопоставляется с более широким контекстом. Прежде всего, фигуру речи можно понять буквально. Так, когда Иисус предупреждал Своих учеников, говоря: "Берегитесь закваски фарисейской!" (Мф 16:6, 11; Мк 8:15; Лк 12:1), ученики понимали это буквально, пока Иисус не объяснил им образное значение сказанного. Иллюстрация, приведенная в притче о новых и старых мехах и новой и старой одежде (Мк 2:21--22), также представляет собой скрытый конфликт сочетаемости. В пределах самих иллюстраций нарушения лексической сочетаемости нет (вино наливают в мехи, заплаты приставляют к одежде и т. д.), и такой конфликт становится очевидным, только когда мы видим, что более широкий контекст говорит не о хранении вина или латании одежды, а о противопоставлении между новым и старым учением (ср. Мк 2:18). Аналогично, в Мф 9:37--38 Иисус говорит о жатве и делателях, но контекст повествует не о сельском хозяйстве, а о жалости Иисуса к людям, лишенным подлинных духовных вождей.

Несомненно, только в одном Новом Завете есть несколько сот примеров сравнения и метафоры; и каждый такой случай, будучи уникальным по значению и форме, может утратить свое значение, если на ЦЯ будет сделан буквальный перевод соответствующих оборотов. Поэтому важно, чтобы переводчик ясно сознавал все возможные последствия, связанные с буквальной передачей этих фигур речи, и знал, как обращаться с ними, чтобы исходное значение оригинала, понятное в свое время, адекватно передавалось и носителям ЦЯ. В оставшейся части главы будет рассмотрена структура метафоры и сравнения, а также будут проанализированы различия между живой и застывшей метафорой, а в следующей главе мы рассмотрим вопрос о том, почему носители ЦЯ неправильно понимают метафору и сравнение, а также о том, как их можно адекватно переводить.


 

СТРУКТУРА МЕТАФОРЫ И СРАВНЕНИЯ

 

Определение метафоры и сравнения

Мы помним, что бывают полные и сокращенные формы метафор и сравнений. Определим сравнение следующим образом:

Сравнение представляет собой эксплицитное сопоставление, в котором один элемент сопоставления ("образ") содержит целый ряд семантических компонентов, из которых обычно только один является контекстно релевантным для второго элемента ("темы") и общим для двух элементов.

Аналогично, метафору можно определить следующим образом:

Метафора представляет собою имплицитное сопоставление, в котором один элемент сопоставления ("образ") содержит целый ряд семантических компонентов, из которых обычно только один является контекстно релевантным для второго элемента ("темы") и общим для двух элементов.

 

Три части метафоры и сравнения

Как утверждалось выше, метафора и сравнение сходны за исключением того, что в случае сравнения сопоставление делается эксплицитно посредством употребления таких слов как "подобно" или "как". Эти фигуры речи имеют следующие три части:

  1. тема, т. е. элемент, иллюстрируемый при помощи образа;
  2. образ, т. е. "метафорическая" часть фигуры речи;
  3. точка подобия, объясняющая, в каком частном аспекте образ и тема сходны.

В следующих примерах каждая имеющаяся часть определяется при помощи соответствующей цифры, стоящей впереди.
На поверхности два выражения: "X подобен Y" и "Y подобен X" представляются эквивалентными. Оба выражения сопоставляют X и Y, утверждая, что в каком-то пункте они сходны. Однако в контексте в первом выражении X представляет собой сюжет, а Y --- образ, а во втором --- наоборот. Это является причиной возникновения некоторых проблем при переводе. Поэтому, анализируя сравнение, важно правильно определить сюжет.

Ис 51:6 "(1) небеса (3) исчезнут, как (2) дым"
Мф 10:6 "Идите наипаче к (3) заблудшим (2) овцам (1) дома Израилева"
Откр 16:13 "видел я трех духов (1) нечистых, подобных (2) жабам"
Мф 5:13 "(1) вы --- (2) соль земли"
Иак 1:12 "он получит (2) венец (1) жизни"

Темой может быть конкретный объект, событие, аудитория и т. п. В приведенных выше примерах такой темой являются небеса, иудеи, бесы, ученики и воздаяние. Метафора или сравнение используется для того, чтобы передать сообщение на конкретную тему живым и запоминающимся способом.

Термин "образ" можно кратко определить как "элемент сопоставления, предназначенный для того, чтобы иллюстрировать рассматриваемый предмет". Из этого следует, что невозможны метафора или сравнение, в которых образ был бы невыражен. Точки подобия часто опускаются; тема, иллюстрируемая посредством данного образа, может быть оставлена имплицитной в метафоре; но образ, выраженный в явном виде, безусловно необходим как для сравнения, так и для метафоры.

Точка подобия формулирует то, в чем состоит сопоставление или уподобление темы и образа. Как и тема, точка подобия может формулироваться или не формулироваться эксплицитно. Если она не формулируется эксплицитно, ее приходится выводить из контекста. Это требует тщательного изучения контекста, поскольку один и тот же образ можно использовать в разных контекстах в связи с различными точками подобия. Всякий образ содержит целый ряд семантических компонентов, и в разных контекстах релевантными могут быть разные компоненты образа. Например, в Библии часто используется образ овец, но связывается он с целым рядом различных точек подобия. Отметим следующие примеры, выделив в них курсивом точки подобия: smallskip

"Все мы блуждали как овцы" (Ис 53:6)

"Как овца пред стригущим его безгласна, так Он ..."
(Ис 53:7; ср. Деян 8:32)

"отдели их, как овец на заклание" (Иер 12:3)

рассеются овцы" (Зах 13:7)

"как овец среди волков" (точка подобия: беззащитность)" (Мф 10:16)

В Лк 13:32 Иисус говорит: "Пойдите, скажите этой лисице..." Структура этой метафоры, в качестве конкретного примера использующей образ "лисица", иллюстрируется на таблице 1. (Здесь предполагается, что точка подобия --- `хитрость'. В данной метафоре это подразумевается, но не говорится явно.)

Схема 1

Четыре типа сокращенной метафоры и сравнения

Всего можно выделить четыре сокращенных типа указанных фигур речи:

Тип (1) Не формулируется точка подобия. Это может быть как в метафоре, так и в сравнении.
Тип (2) Не формулируется тема. Это может иметь место только в метафоре, поскольку при сравнении всегда наличествуют как образ, так и тема.
Тип (3) Не формулируются ни точка подобия, ни тема. Из сказанного выше естественно вытекает, что этот тип реализуется только в метафоре.
Тип (4) Точка подобия и отчасти образ являются имплицитными. Это, по-видимому, представляет собой некое соединение метафоры и метонимии, поскольку образ и точка подобия находятся в определенном ассоциативном отношении (например, в родо-видовом или в отношении СРЕДСТВО-РЕЗУЛЬТАТ).

Теперь разберем еще несколько примеров, иллюстрирующих указанные четыре типа.

Тип (1) "Он есть глава тела Церкви" (Кол 1:18). Здесь вместе соединены две метафоры, которые могут быть разделены так: "Он голова (тела)" и "Церковь есть тело". Темы здесь "Христос" и "Церковь", а образы --- "голова" и "тело". Точки подобия опущены, но ясно, что смысл в том, что точно так же, как голова направляет или управляет, так Христос управляет; и точно так же, как тело направляется или управляется, так и Церковь управляется. В обычной, не-метафорической формулировке говорится, что Христос управляет Церковью.

Тип (2) "Рассеются овцы" (Мк 14:27; ср. Мф 26:31). В данной метафоре "овцы" --- это образ, "рассеются" --- точка подобия, а "ученики" --- подразумеваемая тема. Если нет пастуха, то овцы разбредаются и теряются, так и ученики расходятся и теряются, лишившись учителя.

Тип (3) "Берегитесь закваски фарисейской" (Мф 16:6, 11; Мк 8:15; Лк 21:1). В этом высказывании, обращенном Иисусом к ученикам, только образ "закваски" является эксплицитным. Закваска сопоставляется с темой --- учением (Мф 16:12), поскольку действие как у одного, так и у другого является у каждого в своем роде всепроникающим. Как тема, т. е. учение,
Это пример того, как в процессе перевода познается единство Св. Писания. Когда необходимо сделать имплицитную информацию эксплицитной, следует избегать появления противоречия с каким-то другим стихом, в котором по какому-то другому поводу та же информация формулируется эксплицитно.
так и точка подобия, т. е. эффект проникновения, являются имплицитными.

Тип (4) Из-за того, что анализ метафор данного типа не столь прост, как анализ предыдущих типов, приведем чуть больше примеров. Отметим, что, тогда как в метафорах и сравнениях типов 1, 2 и 3 в центре внимания находится ОБЪЕКТ, в этом типе в центре внимания находится ДЕЙСТВИЕ; и потому необходимо дополнить образ, лежащий в основе сравнения, посредством соответствующего ОБЪЕКТА.

"Трудно тебе идти против рожна" (Деян 9:5 и 26:14). Эксплицитная часть образа включает ДЕЙСТВИЕ "идти против рожна". Производитель действия, т. е. бык, подразумевается самим ДЕЙСТВИЕМ. В таком случае действия Павла сопоставляются с действиями быка. Мы можем переформулировать сопоставление в следующей форме.

Трудно для быка идти против рожна.

Трудно тебе .................

Это сопоставление между Павлом и быком не составляет особого затруднения для определения сходства между ними, поскольку в данном суждении имеется указание на особое действие быка "идти против рожна". Это действие помогает нам заполнить пропуск действием "не повиноваться", если мы обратим внимание на то, что указанное специфическое действие быка представляет собой один из способов, посредством которых живые существа могут проявить неповиновение. Соотношение между образом и точкой подобия таково, что первое представлено видовым понятием, а второе --- родовым, более общим. Возможно, в данном контексте имелись в виду конкретные акты неповиновения, в которых был виновен Павел, но поскольку их нельзя перечислить в переводе, для заполнения пробела используется общий пункт сходства между действиями Павла и быка. Таким образом, перевод в форме полного сопоставления будет следующим: "Тебе неприятно, когда ты не повинуешься, точно так же, как быку неприятно идти против рожна".

"Блаженны алчущие и жаждущие правды" (Мф 5:6). В этом блаженстве образную часть составляют связанные сочинительной связью глагольные формы "алчущие и жаждущие", подразумевающие определенные объекты --- "пищу" и "питье". Полная формулировка образа в таком случае будет следующей: "алчущие и жаждущие еды и питья". Это сопоставляется с: vrule width 5cm depth .4pt правды. Выбор слова- ДЕЙСТВИЯ для заполнения пробела ограничивается, с одной стороны, его сопоставлением со словом "правды", а с другой стороны --- его сопоставлением с выражением "алчущие и жаждущие". Эти соображения приводят нас к выбору между такими выражениями, как "пылко желающие", "стремящиеся к" и т. п.

"Духа не угашайте" (1 Фес 5:19). Это еще один пример метафоры, в которой образ сосредотачивается на слове- ДЕЙСТВИИ, в данном случае --- "угашать". Полная форма образа будет следующей: "люди угашают огни", а тема может быть записана в сопоставимой форме --- "люди (не должны) vrule width 5cm depth .4pt Духа". Точка подобия между огнем и Духом состоит в том, что человек может положить конец или не дать проявиться действию как того, так и другого.

"Дабы они во всем были украшением учению Бога" (Тит 2:10). Полный образ был бы "люди украшают себя" (или дома, или комнаты и т. д.). Тема здесь "люди (должны) vrule width 5cm depth .4pt учение Бога". Точка подобия между учением и прочими вещами, как подсказывает слово "украшение", состоит в том, что все они могут быть сделаны привлекательными. Возможно, апостол Павел, используя слово "украшение", имел в виду какой-то особый способ сделать учение привлекательным. Может быть, он думал о послушании. Однако, едва ли можно сомневаться, что, используя слово "украшение", он имел в виду способность сосредоточиться на цели, с которой занимаются украшением чего бы то ни было, а именно --- сделать это привлекательным для других. Точку подобия мы обнаруживаем именно в этой цели украшения. Здесь это означает, что рабы должны вести себя таким образом, чтобы сделать христианскую веру привлекательной для своих господ.
Альтернативной точкой зрения является рассмотрение выражений "алчущие и жаждущие", "идти против рожна" и "украшение" не в качестве составной части образа, а в качестве точки подобия между темой и подразумеваемым образом. Поскольку точка подобия должна быть приложима как к теме, так и к образу и поскольку указанные выражения не в равной мере сочетаются как с тем, так и с другим, мы сочли за лучшее рассматривать указанные выражения в качестве составной части образа. К тому же, такая альтернативная интерпретация ввела бы в поле нашего внимания элемент, не встречающийся в других метафорах и сравнениях, --- подразумеваемый образ.

Хотя структура метафоры или сравнения не так сложна, тот факт, что одну или более составных частей этой фигуры можно опустить и что один образ может быть связан с несколькими точками подобия, в некоторых случаях делает истолкование и перевод указанных фигур речи довольно нетривиальной задачей. Однако, прежде чем рассматривать вопрос о переводе указанных фигур речи, необходимо провести различие между "живыми" и "застывшими" метафорами и сравнениями.


 

ЖИВЫЕ И ЗАСТЫВШИЕ МЕТАФОРЫ И СРАВНЕНИЯ

 

Различие между живой и застывшей метафорой

Разграничение между "живыми" и "застывшими" метафорами --- это, по существу, вопрос о роли образа: насколько образ метафоры находится в фокусе внимания? Носитель языка понимает живую метафору только после того, как обратит внимание основному значению метафорически употребленных слов. Напротив, застывшую метафору он понимает, не обращая никакого внимания на основное значение этих слов.

Это различие можно отразить на диаграмме, приспособив для этой цели известный треугольник из книги Огдена и Ричардса [Ogden, Richards 1952]. Сначала идет "символ", т. е. произнесенное или написанное слово. Затем понятие, вызываемое в сознании слушающего, когда он слышит или читает это слово. Авторы указанной книги называют его "мыслью" или "референцией". Наконец, следует сам объект, к которому производится референция, --- "референт". Одного треугольника достаточно для представления процесса понимания застывшей метафоры, идиомы или любого слова, используемого не в качестве живой фигуры речи.
Отметим, что между символом и референтом имеется двусторонняя связь, обозначенная пунктирной линией. Не только символ вызывает в сознании мысль о референте, но референт также может вызывать в сознании мысль о символе.

Схема 2

Процесс понимания живой метафоры более сложен и может быть представлен при помощи двух прилегающих друг к другу треугольников.

Схема 3

Таким образом, живая метафора не приводит нас непосредственно к тому значению, которое имеется в виду, а заставляет хотя бы на мгновение отвлечься на первичное значение. Напротив, застывшая метафора непосредственно ведет к тому смыслу, который имеется в виду, и первичное значение даже не приходит на ум.

В одной из предыдущих глав мы упоминали три вида значений, которые могут быть у слова: основное значение, производные значения и образные значения. В повседневном общении все эти три типа значений могут непосредственно передаваться при помощи слов, употребляемых в соответствующих контекстах. Однако бывают такие образные значения, которые не могут быть непосредственно переданы читателю или слушателю без того, чтобы ему сначала пришло в голову первичное, основное значение. Указанные переносные значения, зависящие от первичного значения слова, составляют основу для отнесения всех подобных фигур к разряду застывших. Так, когда Иисус говорит: "Я есмь истинная виноградная Лоза" (Ин 15:1), он намеренно пробуждает в сознании Своих учеников воспоминание о деятельности, которая в их культуре связывалась с виноградными лозами: уход за ними, подрезание их, сбор с них плодов и т. д. Они должны были сперва подумать о виноградной лозе в прямом смысле, прежде чем прийти к переносному значению. Носитель языка понимает живую метафору только после того, как уделит какое-то внимание первичному значению метафорически употребленных слов.

Напротив, застывшая метафора (подобно идиоме или любой мертвой фигуре речи) понимается непосредственно, без анализа первичного значения слова. Например, глагол "ломать" используется в переносном значении в застывшей идиоме "ломать голову". Употребляя данное выражение, носители русского языка не соотносят его общее значение `напряженно думать' с первичным значением глагола "ломать" `разбивать, разрушать'. Аналогично, когда мы используем застывшую метафору "ножка" стула, мы не думаем о ее первичном значении, то есть о ноге человека. Необходимое значение понимается непосредственно. То же верно и в отношении таких застывших метафор как горлышко бутылки, золотые волосы и т. п. Первичные значения указанных лексем не возникают в сознании носителя языка при употреблении таких выражений.

 

Критерии выделения живых метафор

Как правило, носитель современного языка может различить, где живые, а где застывшие метафоры. Однако, когда аналогичные решения необходимо принять в отношении разнообразных метафор и сравнений, встречающихся в документе почти двухтысячелетней давности, --- это совсем другое дело. Поскольку в нашем распоряжении нет носителей языка, может случиться, что метафора, которая для древнего автора была застывшей, покажется нам живой, если она не употребляется в нашем языке.

Поэтому в качестве средства, помогающего с большой степенью вероятности решить, является ли конкретная библейская метафора застывшей или живой, предлагаются следующие типы показаний контекста.

  1. количество образов, используемых в метафоре;
  2. порядок следования образов;
  3. нефигуральные лексические единицы, связанные в контексте с метафорическими образами.

 

1. Количество образов

Когда метафора состоит из ряда взаимосвязанных образов, это ясно указывает на то, что автор использует данные образы, чтобы передать сообщение в форме живой фигуры речи. Так, в Мк 2:21--22 говорится о новой ткани, о ветхой одежде, о том, как новая заплата оторвется от старой ткани, о еще худшей дыре; там также говорится о молодом вине, старых мехах, о том, как мехи прорвутся, вино вытечет, мехи пропадут. Такой ряд взаимосвязанных образов указывает на живую фигуру речи.

То же самое верно и в отношении Мф 9:37--38, где Иисус говорит о жатве, делателях и об их нехватке, о Господине жатвы и просьбе о делателях. Вспоминаются и другие очевидные примеры, такие, как притчи, рассказанные Иисусом, обсуждение Павлом Церкви в образе тела и его иносказание о Сарре и Агари в Галатам 4:21--31.

 

2. Порядок следования образов

Если порядок следования образов является строго хронологическим или логическим, то это указывает на то, что перед нами живая фигура речи. В качестве иллюстрации такой образности приведем одно стихотворение Ф. И. Тютчева:

На древе человечества высоком
Ты лучшим был его листом,
Воспитанный его чистейшим соком,
Развит чистейшим солнечным лучом!

С его великою душою
Созвучней всех на нем ты трепетал!
Пророчески беседовал с грозою
Иль весело зефирами играл!

Не поздний вихрь, не бурный ливень летний
Тебя сорвал с родимого сучка:
Был многих краше, многих долголетней,
И сам собою пал, как из венка!

(1832)

Вся последовательность описываемых событий в этом стихотворении основывается на естественном ходе природного развития листка дерева. В то же время данное описание метафорично, поскольку реально здесь подразумевается ход конкретной человеческой жизни. Все выражения стихотворения, уместные по отношению к листьям, отнесены к человеку. Из всего этого можно сделать вывод, что автор стихотворения автор намеренно использовал эти выражения в метафорическом значении, создав при этом живую метафору. Если бы это стихотворение надо было перевести на другой язык, эти образы следовало бы трактовать как живые образы и соответственно их переводить. Два примера последовательного появления образов в Новом Завете представляют собой притчи о плевелах (Мф 13:24--30) и притча о неводе (Мф 13:47--48).

 

3. Нефигуральные лексические единицы из контекста

Если в определенном контексте имеются прямые, нефигуральные выражения, находящиеся в тесной семантической связи с используемыми метафорическими образами, то это также указывает на то, что фигура речи является живой. Говорящий или пишущий намеренно пробуждает в сознании слушателей или читателей образы, извлеченные из данной обстановки. Например, в Мк 1:17 Иисус говорит: "Я сделаю, что вы будете ловцами человеков". Непосредственный контекст отсылает к морю Галилейскому, рыболовам, сетям, лодке и работникам. Вся обстановка соответствует ситуации рыбной ловли, и поэтому мы делаем вывод, что это живая метафора.

Аналогично, когда Иисус предостерегает учеников, говоря: "Смотрите, берегитесь закваски фарисейской..." (Мк 8:15), непосредственный контекст состоит в том, как мало хлеба взяли с собою ученики. В этой ситуации они и поняли слова Иисуса буквально. Поэтому мы делаем вывод, что выражение "закваска" используется как живая фигура.

Всякий раз, когда возможно применить один или несколько из указанных трех критериев, можно совершенно точно определить статус конкретной фигуры речи как живой. При невозможности применить данные критерии, скорее всего, следует считать фигуру речи застывшей. Если конкретная фигура речи неоднократно используется в Новом Завете несколькими авторами и если, опять-таки, нельзя применить ни один из указанных выше критериев, то это подкрепляет анализ этой фигуры как мертвой.

Например, слово "плоть" (греч. sarx) очень часто используется в Новом Завете в образном смысле. Оно используется в писаниях апостолов Павла, Петра, Иоанна и Иуды, а рассмотренные выше три критерия оказываются неприемлемыми. Отсюда вывод, что "плоть" --- это застывшая метафора.
В связи с этим выводом интересно отметить, что в словаре Бауэра/Аланда при анализе образного употребления слова sarx в Посланиях апостола Павла (см. Bauer/Aland 1988, col. 1489) делается следующее утверждение: "Но для Эпикура sarx является носителем греховных чувств и желаний, а равно средством чувственного наслаждения..." На с. xiv вводного материала к вышеупомянутому словарю Эпикур отнесен ко времени "ок. 300 лет до Р. Х.". Как кажется, это утверждение предполагает, что указанное фигуральное употребление слова sarx было распространено в языке в течении значительного периода времени и представляло собою застывшую фигуру речи.
Другой пример находим в выражении "отверз дверь". Оно обнаруживается (с небольшими различиями) в Посланиях апостола Павла (1 Кор 16:9; 2 Кор 2:12; Кол 4:3), а также в Деян 14:27. Сходное выражение "Я отворил перед тобою дверь" находим в Откр 3:8. В данном случае нельзя применить ни один из трех вышеназванных критериев, поэтому данное выражение представляет собой застывшую фигуру речи.

Однако критерий частности подчинен трем основным критериям. Хорошим примером служит слово "плод", часто используемое метафорически. Можно было бы сделать вывод, что оно всегда используется как застывшая метафора. Однако для некоторых контекстов основные три критерия показывают обратное. Например, выражение "плод" или "плоды" явно используется метафорически в фрагменте Мф 7:16--20, открывающемся пояснением: "По плодам их узнаете их". Однако в следующих стихах Иисус продолжает говорить о "винограде", "смокве", "дереве добром", "дереве худом", срубании и сжигании деревьев. Эта серия взаимосвязанных образов показывает, что "плод" в данном контексте используется в качестве живой метафоры. Также и в сходном, но более кратком отрывке Мф 12:33 "плод" представляет собой составную часть ряда связанных образов, подобно и в Лк 6:43--44; Ин 15:2--8.

 

Пословицы, тематические образы и символы

Пословицы часто используются метафорически. Если пословица имеет форму метафоры или сравнения, то она анализируется так, как это в общих чертах описано выше. Однако и пословицы, не имеющие формы метафоры, иногда используются метафорически в соответствующем контексте. Все подобные примеры метафорического употребления пословиц считаются застывшими выражениями. Автор текста предполагал, что читатель поймет не столько буквальный смысл пословицы, сколько ее приложение к конкретному контексту, в котором она употреблена.

Когда Иисус побуждал следующих за ним женщин плакать о себе и о своих детях, а не о Нем, Он употребил пословицу: "Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?" (Лк 23:31). Хотя Он использовал образы зеленеющего и сухого деревьев, ничто в контексте не указывает на то, чтобы Иисус говорил о деревьях --- скорее, Он говорит: "Если это делают с Тем, Кто невинен, что же сделают с виновными?" Этот смысл передается метафорической пословицей.

Еще одна пословица используется в Лк 4:23: "Врач! исцели самого себя". Читатели перевода на ЦЯ часто понимают это буквально, в том смысле, что Иисус был болен и нуждался в исцелении, но на самом деле она употреблена метафорически. На первый взгляд, ее значение могло бы быть "Сделай то, что Ты сделал для других", но оставшаяся часть стиха, читающаяся: "Сделай и здесь в Твоем отечестве, то, что, мы слышали, было в Капернауме", --- указывает на то, что пословица означает: "Сделай и здесь то, что Ты сделал в другом месте". Таким образом, она является мертвой, так что при переводе: (1) в качестве значения пословицы можно было бы представить следующие за ней слова; или же (2) ее можно заменить эквивалентной местной пословицей; (3) можно было бы просто сформулировать ее значение нефигурально.

Однако бывают метафоры, когда для переводчика важнее иные соображения, нежели решение, является ли та или иная фигура речи живой или застывшей. Это метафоры, которые могут считаться представляющими особый тематический образ, то есть образ, широко используемый в Библии целым рядом авторов и ставший частью общехристианского словаря. Примерами в данном случае могут послужить образы "света" и "тела Христова". При переводе таких тематических образов следует сохранять основное понятие.

С тематическими образами тесно связаны символы.
Термин "символ" здесь используется в более узком, а не в общелингвистическом смысле, в каком о словах говорят как о символах. Не включаются в это определение и символы, обнаруживаемые в апокалиптической литературе (в книге Откровения). Они рассматриваются как живые метафоры или сравнения, а не символы. Здесь мы имеем в виду используемый в некоторой фигуре речи образ, который твердо укоренился в христианском словаре и который имеет какое-то важное богословское значение и часто содержит сильные эмоциональные обертоны. Во многих контекстах данное выражение соотносится одновременно с буквальным объектом и с фигуральным значением.
Можно сохранить в переводе эти символы, не принося в жертву осмысленность, если дать некий ключ к подразумеваемому смыслу или сопроводить образное выражение прямым указанием на его значение. См. предложение по поводу выражения "кровь" в гл. 10, посвященной лексической согласованности.
Символ в Новом Завете --- это слово, которое, взятое изолировано вызывало в сознании читателей оригинала фигуральный смысл так же сильно или еще сильнее, чем буквальный смысл, причем к данному контексту приложимы как буквальный, так и фигуральный смысл. Два таких символа --- это "крест" и "кровь", и, подобно тематическим образам, они должны быть по возможности сохранены.

Предшествующее обсуждение показало, что число и порядок следования образов, содержащихся в фигуре речи помогает определить, является ли фигура речи живой или застывшей. Как мы отметили, нет необходимости сохранять в переводе застывшую фигуру речи. Напротив, живую фигуру речи следует сохранить, если это возможно. Это означает, что переводчик должен постараться сохранить образную отсылку, содержащуюся в живых фигурах речи, а не просто заменить их на нефигуральные выражения. Аналогично, если рассматривается возможность замены образа, она будет использована лишь при учете принципа адекватности (см. гл. 2), и принципа культурных замен (см. гл. 13).